Появившийся из лимузина снеговик был черным. Причем, черным абсолютно. Чернее темноты в безлунную и беззвездную ночь. Чернее самой черной краски в палитре художника. Чернее даже самых черных мыслей самого закоренелого преступника.
– Э-э-э… – протянула Марта, разглядывая странного незнакомца, и от неожиданности брякнула первое, что пришло ей в голову: – Негрр-снеговик?! Орригинально!..
– Ви есть непрафильно гофорить! – на каком-то весьма ломаном русском языке возмутился черный снеговик. – Я есть афроснегофик! Из самой Африка!